Россети Тюмень инвестировали 208 млн рублей в цифровизацию учета электроэнергии

По данным отраслевых СМИ, наибольшая доля устройств — 4,2 тысячи — пришлась на бытовых и промышленных потребителей Тюменской области, остальное — на ХМАО и ЯНАО, где «Россети Тюмень» также работают.

Арифметика для тех, кто платит по счетам

208 миллионов за 4,3 тысячи приборов — это в среднем около 48 тысяч рублей за одну точку учёта с монтажом и, вероятно, настройкой канала связи. Цифра вполне рыночная для «умного» счётчика под ключ, но в тарифе на передачу электроэнергии она нигде отдельной строкой не светится — её размазывают по инвестиционной составляющей и «прочим обоснованным расходам» сетевой организации, которые регулятор закладывает в котёл. То есть акционер «Россети» — он же бюджет и тариф — платит за цифровое учётное оборудование в любом случае: хочет того потребитель, не хочет — нет.

При этом 2,8 тысячи из 4,3 — это приборы при технологическом присоединении новых потребителей. Их ставят не потому, что у сетевика проснулась тяга к инновациям, а потому что это требование законодательства об интеллектуальном учёте: с определённого момента подключать новые объекты можно только с «умным» счётчиком. Иными словами, почти две трети свежего монтажа — не «ускорение модернизации», а рутинное исполнение техусловий. Оставшаяся 1,5 тысячи — замена старого оборудования, тоже в основном по нормативным основаниям.

Что реально получает потребитель

Продающие пункты из пресс-релизов — автоматическая передача показаний, защита от ошибок и «незаконного вмешательства», мониторинг качества электроэнергии. Если без маркетингового глянца, набор функций для честного абонента сводится к одному удобству: больше не нужно 23–25 числа вспоминать про передачу показаний и спорить о расчёте по среднему. Всё остальное — фиксация отклонений, регистрация вмешательств, выявление безучётного потребления — работает в интересах самой сетевой и сбытовой компании, а не владельца розетки.

Для тех, кто привык «крутить» счётчик или дорисовывать нолик в показаниях, новость неприятная: «умный» прибор фиксирует попытки вскрытия, скачки тока, наклоны корпуса и прочие хитрости, и эти данные уходят напрямую в ресурсоснабжающую организацию. Акт о безучётном потреблении с расчётом по десятикратке в таком случае составляется почти без участия человека — а это миллионные штрафы для предприятий и десятки тысяч рублей для бытовых абонентов.

Для обычного жителя Тюмени, Сургута или Нового Уренгоя экономический эффект косвенный: снижение потерь в сети теоретически тормозит рост тарифа на передачу. Но «тормозит» и «снижает» — это не одно и то же. Стоит посмотреть на квитанцию за следующий год: если доля сетевой составляющей в тарифе вырастет меньше, чем в среднем по УрФО, — программа себя окупает. Если вырастет как обычно — это очередная инвестиция, отбитая через инвестсоставляющую, а не через реальное снижение расходов абонента.

Что отслеживать дальше

Во-первых, темпы замены: за пять лет «Россети Тюмень» установили более 80 тысяч «умных» приборов, а это значит, что парк всё ещё смешанный — старые индукционные и электронные счётчики продолжают работать и считать. До полного покрытия, как минимум по бытовому сектору, ещё далеко.

Во-вторых, тарифные последствия. Каждый новый прибор в реестре российской промышленной продукции — это десятки тысяч рублей, вложенных в основу средств, которая ляжет в RAB-базу и будет возвращаться через тариф. Стоит следить, как меняется инвестсоставляющая в приказах региональной тарифной службы.

В-третьих, реакцию на нарушения. Первые акты о безучётном потреблении, составленные по данным «умных» приборов, — это и есть реальный маркер того, насколько технология работает. Если массовых доначислений не будет — значит, система пока спит и собирает данные вхолостую.

208 миллионов — это не «подарок» абонентам и не экологическая инициатива. Это инвестиция сетевой компании в собственный контроль над сетью, которую оплатит тариф. Для честного потребителя — удобство передачи показаний и призрачная надежда на торможение тарифа. Для любителей оптимизировать — конец эпохи свободной интерпретации цифр на дисплее.